Начну с малоизвестного факта: свою любимую позу для эффектных снимков — руки на бедрах, локти в стороны, подбородок чуть вверх — люди подсматривают не у супермоделей. Ей больше пятисот лет, и придумали её не в фотостудии, а при дворе английского короля.
В 1537 году художник Ганс Гольбейн Младший расписал стену в Уайтхоллском дворце огромным портретом Генриха VIII. Оригинал сгорел при пожаре в 1698 году, но сохранились копии — и именно на них мы впервые видим позу, которая потом переживёт своего автора на пять столетий: ноги широко расставлены, руки упираются в бока, взгляд прямо в глаза зрителю. Придворные считали такую позу почти вульгарной — слишком откровенно, слишком по-хозяйски. Но в этом был расчёт: Гольбейн специально удлинил королю ноги и раздвинул плечи гораздо шире, чем было на самом деле — сохранившиеся доспехи показывают, что настоящий Генрих был заметно ниже и уже в плечах. Портрет писали не ради сходства, а ради власти.
Само слово, которым эту позу называют в английском языке — akimbo, — ещё старше портрета. Оно происходит от среднеанглийского выражения in kenebowe, «согнутый под острым углом», и встречается в текстах уже в XV веке, за сто лет до Гольбейна. Так что поза существовала задолго до того, как её узаконили в живописи — люди интуитивно вставали так, когда хотели занять больше места и показать, что не намерены отступать.
У этой позы, впрочем, есть ещё более древняя родственница. За тысячу с лишним лет до Гольбейна древнегреческие скульпторы уже решали ту же задачу — как заставить неподвижную фигуру выглядеть живой. Около 480 года до нашей эры появляется статуя «Мальчик Крития»: вес тела впервые в истории искусства перенесён на одну ногу, бёдра и плечи разворачиваются в противоположные стороны. Скульпторы назвали приём контрапостом — «противопоставлением». Полвека спустя Поликлет довёл его до идеала в «Дорифоре». Это ещё не совсем «руки на бедрах» — акцент там на ногах и торсе, — но именно контрапост научил западное искусство главному правилу позирования: симметрия выглядит скованно, лёгкий перекос — живо. Все позы, где вес переносится на одну ногу, а бедро чуть выступает вперёд (тот самый «hip pop», который сегодня ставят на красных дорожках), — это прямые потомки греческой находки.
Дальше эстафету у королевских портретистов неожиданно приняли комиксы. В 1938 году именно в этой позе на первой обложке появился Супермен: руки на бедрах, грудь колесом, взгляд героя, который никого не боится. С тех пор поза стала визуальным кодом супергероя, и любой ребёнок, вставая так перед зеркалом, интуитивно считывает — сейчас я сильный.
В моду поза окончательно вошла в середине XX века. Глянцевые журналы 1950-х быстро нащупали то, что уже знал Гольбейн: она не даёт фигуре «съёживаться» в кадре. Локти в стороны визуально сужают талию, расправляют плечи и убирают то самое ощущение «куда деть руки», которое мучает почти каждого перед камерой. Не случайно её и сегодня первой показывают моделям на кастингах — и первой же советуют новичкам в кадре.
Наука тоже пыталась объяснить, почему эта поза работает не только на бумаге, но и внутри нас. В 2012 году гарвардский психолог Эми Кадди прочитала на TED лекцию о «позах силы» — по её словам, если постоять пару минут с руками на бедрах и расправленными плечами, у человека меняется гормональный фон и растёт уверенность. Ролик набрал десятки миллионов просмотров, и полмира перед собеседованиями начало запираться в переговорках, чтобы «покачать» гормоны в позе Чудо-женщины. Позже несколько независимых лабораторий попытались повторить эксперимент и не нашли ни малейших изменений в уровне тестостерона — а один из соавторов исследования публично отказался от собственных выводов. История получилась поучительная: гормоны, возможно, ни при чём, но субъективное ощущение «я стою уверенно» эта поза действительно даёт — и подтверждают это не гормоны, а зеркало.
И вот что по-настоящему интересно: эта поза — редкий случай, когда классика работает даже без режиссёра рядом. Ей не нужен человек, который стоит сбоку и командует «подбородок ниже, плечи назад» — тело само встаёт правильно, стоит только упереть руки в бока. Именно поэтому она отлично приживается в формате автопортретной съёмки: вы наводите камеру сами, нажимаете на пульт — и пятисотлетний королевский приём срабатывает без всякого фотографа за кадром.
В студии «Фото в кайф» на Ленина, 25 это легко проверить на себе: свет, фон и техника уже настроены, фото придут в течение часа — осталось только встать так, как когда-то вставал Генрих VIII.
Фотографии статуи и репродукции картины использованы из открытых источников.
Блог
Правила фотостудии
Кому подходит автопортретная фотосессия?
Как проходит съемка
